По стопам "Облака Пустоты"


Медитация в суете (движении)


В сутре Шурангама говорится: "Если можешь поворачивать (управлять, контролировать) вещи, то становишься подобным Так Приходящему (Сугате, Будде). Если не будешь поворачиваем любыми вещами, всегда пребывая в самодостаточности и покое, то везде будет проявляться Таковость (состояние абсолютной истины). Мы простые люди из-за препятствий, созданных иллюзорными мыслями, подобны траве, растущей на стене. Если дует ветер с востока, пригибаемся на запад. Если дует ветер с запада, пригибаемся к востоку. Сами не можем контролировать себя. Некоторые люди всё время пребывают в беспечности и расхлябанности. Их сознание не на пути и хотя они практикуют, но тренируются с перерывами. Сегодня практикуют, а завтра нет. Они постоянно кружат в клешах, вызванных радостью и гневом, горечью и счастьем, истинным и ложным. Когда наш глаз видит цвет, ухо слышит звук, нос чувствует запах, язык пробует что-либо на вкус, тело чувствует прикосновение, мысль познаёт информацию, т.е. когда 6 "корней" органов чувств соприкасаются с 6-ю сенсорными объектами ("пылью"), и если нет пробуждённого созерцания, то мы бесконтрольно поворачиваем мысли вслед за зелёным, жёлтым, красным, белым, старым, молодым, мужским, женским и другими противоположностями внешних обстоятельств. К тому, что нам нравится, мы чувствуем радость и привязанность. К тому, что нам не нравится, мы чувствуем ненависть и отвращение. Если в нашем сознании постоянно рождаются иллюзорные мысли, то "лёгкие" иллюзорные мысли мы можем использовать на пути и делать хорошие дела. Но если у нас возникают иллюзорные мысли, то у нас появляются разнообразные неистинные ошибочные концепции, у нас тогда полный живот грязи и омрачений, и тогда трудно уже что-либо сказать. Мастер Чань досточтимый Байюньдуань говорил: "Если можешь поворачивать вещи (контролировать), то становишься так Приходящим (Буддой) и тогда расцветают повсюду весенние горные цветы". В Алмазной сутре говорится: "Нужно обуздывать своё сознание". В школе Конфуция также говорится: "Сознание не различает. Хотя мы смотрим, но не видим. Хотя мы слушаем, но не слышим. Хотя едим, но не чувствуем вкуса". Если конфуцианцы могут проявить такую решимость и не подвергаться влиянию внешних объектов, то, как же нам буддистам не думать с болью о жизни и смерти подобно спасению горящих волос на голове? Нужно оставить тело и сознание (забыть о них), продвигаться всё время вперёд по одному пути и стремиться к Дао. Нужно тренироваться и проверять себя в движении (суете). Если постепенно ваше сознание не будет "поворачиваться" вслед за внешними обстоятельствами, тогда можно будет сказать, что ваша практика имеет гарантии. Практиковать можно не обязательно в покое. Если вы остаётесь невозмутимым в движении (суете), то это уже действительное мастерство.
В первые годы династии Мин в округе Таньчжоу провинции Хунань жил кузнец по фамилии Хуан. Он зарабатывал на жизнь кузнечным делом. Это как раз было время войн, поэтому требовалось много оружия. Кузнецу Хуану поступало очень много заказов, и он работал и днём и ночью без отдыха. Однажды, один монах проходил мимо его дома и попросил у него подаяние. Кузнец Хуан дал ему риса. Монах, покушав, сказал: "Сегодня я получил подношение. Но мне нечем Вас отблагодарить. Однако у меня есть несколько слов, которые я мог бы Вам подарить!" Кузнец Хуан попросил его сказать их. Монах тогда спросил: "Почему ты не практикуешь буддизм?" Хуан ответил: "Хотя практика - это хорошее дело. Но ничего не поделаешь, я занят с утра до вечера. Как же я могу практиковать буддизм?" Монах сказал: "Есть школа моления Будде Амитабхе. Даже в суете и заботах можно в ней практиковать. Ударив один раз молотом, произнеси имя Будды Амитабхи. Потянув один раз кузнечный мех, также произнеси один раз имя Будды Амитабхи. Если будешь так постоянно делать, постоянно читать "Намо Омитхофо" (Ищу прибежище в Будде Амитабхе), то в конце жизни обязательно переродишься в Западной Чистой Земле". Кузнец Хуан, следуя указаниям монаха, стучал кузнечным молотом и одновременно читал имя Будды Амитабхи. Он так делал целыми днями, не чувствуя от этого усталости. Наоборот, он чувствовал покой и самодостаточность. Постепенно его мастерство усиливалось, и он уже читал имя Амитабхи автоматически. И постепенно он обрёл Прозрение. И когда в старости наступило время умирать, он почувствовал, что время пришло, и стал прощаться с родными и друзьями. Он говорил им, что уходит в Западную Чистую Землю. Он дал последние указания своим домашним, помылся, переоделся, ударил несколько раз молотом по наковальне и сказал: "От долгой тренировки стал сталью. Близится великий Покой, я отправляюсь в Западные Земли". И спокойно ушёл. В этот момент необычный аромат наполнил комнату, а в воздухе заиграла небесная музыка. Даже люди из дальних мест стали свидетелями этого. Мы сейчас тоже весь день в заботах. Но если мы будем поступать также, как и кузнец Хуан, будем практиковать в движении (суете), то разве мы не сможем решить вопрос жизни и смерти?
Я вам расскажу историю о монахе Цзюйсине, которому я дал монашеское посвящение на горе Дицзушинь провинции Юньнань. До монашества Цзюйсин имел много вредных привычек: курил, пил водку. Вся их семья из 8 человек устроилась на работы в монастыре Чжушэнсы. Впоследствии, они все постриглись в монахи. Он избавился от всех вредных привычек. Хотя он был неграмотным, но знал наизусть все основные молебны наизусть, которые выучил всего за несколько лет. Он постоянно без отдыха занимался выращиванием овощей на монастырском огороде. Вечером и ночью он делал простирания перед Буддой и сутрами. Он спал очень мало. Когда другие хвалили его, он не обращал на это внимания. Когда к нему относились с пренебрежением, он также не обращал на это внимания. Он часто шил и штопал одежду для других. Сделав один стежок ниткой, он читал имя Бодхисаттвы Авалокитешвары ("Намо Гуаньшиинь пхуса" - ищу прибежища у Бодхисаттвы Авалокитешвары). Так он читал мантру Авалокитешвары на каждый, сделанный шов иголкой. Затем он направился на четыре самые знаменитые буддийские горы Китая, на что у него ушло 8 лет. Потом он опять вернулся в провинцию Юньнань. В это время я как раз строил монастырь Юньчисы. А он продолжал практику аскетизма. Любые дела общины (тех, кто постоянно живут в монастыре) он с радостью выполнял. Он был готов переносить любые тяготы. Все его любили за это. Перед тем, как умирать, он продал все свои вещи, устроил вегетарианский обед для общины и стал со всеми прощаться. Уладив все дела, он собрал семена рапса, взял несколько снопов соломы и сжёг себя в монастыре Шэниньсы, который является филиалом монастыря Юньчисы провинции Юньнань. Когда его обнаружили, он уже перешёл в Чистые Земли. Хотя он сам и его одежда обуглились, но не разрушились. В руках он держал колокольчик и деревянный барабанчик для чтения мантр. Все, кто увидели его, возрадовались за него. Он всегда работал без отдыха, но не забывал о своей практике. Поэтому он был свободен в выборе жизни и смерти. Практикуя в суете можно достичь большего, чем практикуя в покое.